17 Марта 2022
Родной земли многоголосье
Сотрудниками Суражской районной библиотеки разработан уникальный проект "Краеведческие четверги". Дни исторической памяти, краеведческие чтения, викторины и акции - масштабные планы по реализации этого проекта.
И сегодня Суражская районная библиотека в рамках проводимых краеведческих чтений предлагает вам, дорогие читатели, познакомиться с отрывком из рассказа "Аксютино поле" Николая Николаевича Старченко - члена Союза писателей России, профессионального журналиста, лауреата литературных и журналистских премий, основателя и главного редактора первого в России семейного журнала о природе «Муравейник», Почётного гражданина Суражского района и большого друга Суражской районной библиотеки Николая Николаевича Старченко.
В 2022 году Николаю Николаевичу исполнилось бы 70 лет. Это важная дата для всех почитателей его творчества.
Суражская районная библиотека будет продолжать работу по продвижению творчества Николая Николаевича Старченко среди читателей, воспитывая у молодого поколения чувство великой любви к своему отчему краю.
АКСЮТИНО ПОЛЕ
Дед подсаживает меня на огромный, высокий воз сена, а я все никак не могу взобраться по его упругому, скользкому боку, скатываюсь, болтаю ногами.
— За жердь, за жердь хватайся! — советует дед.
И вот я на самом верху. Как далеко видно! Большой луг, копны на нем, река, за ней поле, а за полем, у самого леса, какие-то крыши.
Дед снизу весело глядит на меня:
— Угнездился, воробей? Не боишься?
А потом начинает запрягать большого белого коня, а меня очень занимают далекие крыши...
— Дед, там что — наша Осиновка?
Дед смотрит в ту сторону, куда я показываю рукой.
— Не, это Струженка, а за ней, во-он на бугре, в самом лесу, Янкино...
Меня поражают слова деда: оказывается, на свете есть еще деревни!
— Сколько же их всего?
— Деревень-то? У-у, не сосчитаешь...— Дед уже запряг коня и сейчас еще раз оглядывает воз со всех сторон.— Левый бок, кажись, тяжелее вышел... А деревень, внук, нигде столько нет, как у нас, в России...
Когда мы проехали кочковатый луг и поднялись на наторенную полевую дорогу, дед оглянулся, негромко сказал:
— Ну, до налетья теперь, Аксютино поле...
До следующего лета простился дед с Аксютиным полем, а я — на целые восемь лет... Отец с матерью в тот год переехали жить в большой сибирский город, и вернулся я в родную деревню на лето уже подростком.
Как-то дед предложил:
— Поехали на Аксютино поле?
И вот мы едем на телеге во ржи, по глубоким колеям, заросшим муравой, подорожником. Солнце уже стоит высоко, сильно припекает. Жеребчик наш не спешит, и дед часто замахивается на него кнутом, говорит мне:
— Держись!
И вот стук телеги сразу обрывается — мы на лугу.
Колек, дед придерживает вожжи, близоруко щурится,— это ракита впереди?
— Ракита.
— Ну, приехали.
Дед живо соскальзывает с телеги, распрягает лошадь, потом ладит косу, плюет на ладони и широким рядом врезается в траву. Коса — белая, наведенная, как бритва,— весело блестит, и я любуюсь, как дед без малейшего усилия бросает ее широким полукругом, обнажая перед собою светло-зеленую луговину.
— Дед, научи меня!
— Ну, раз хочешь...
ПРИХОДИТЕ! ЧИТАЙТЕ!
|
